На Ямале исчезает язык коренного народа — селькупов. Об этом сообщается в региональном проекте концепции развития КМНС. Небольшой таежный народ в Западной Сибири издавна славился своими умениями, которые помогали им выжить на суровых землях, сохранив свою самобытность. Почему сегодня культура селькупов оказалась на грани исчезновения, читайте в материале yamal.aif.ru.
Сломалась преемственность поколений
Селькупы имеют несколько самоназваний — солькуп, шелькуп, что в переводе означает «таежный человек». По данным Всероссийской переписи населения 2021 года, в России проживало 3458 селькупов. По словам кандидата филологических наук Финуниверситета Александры Назаровой, исторически их населения делятся на две территориально изолированные группы.
«Селькупский язык относится к самодийской ветке уральской языковой семьи. От своих „ближайших родственников“, он отделился около двух тысяч лет назад и распространился на территории Томской области, Ямало-Ненецкого АО и Туруханского района Красноярского края, в междуречье Енисея и Средней Оби, — рассказывает эксперт. — Сейчас язык принято делить на североселькупский (Ямало-Ненецкий АО, Пуровский район, г. Салехард, Красноярский край) и южноселькупский (Томская область, г. Томск, г. Кедровый). Различие диалектов доказывает и то, что носители из разных регионов с трудом могут понять друг друга».
Письменность для селькупского языка была создана лишь в 1930-х годах на основе латинской графики, позднее появился вариант на кириллице. В 1950–1980-е годы письменность практически не использовалась. Ныне действующий алфавит был разработан в конце 1980-х годов.
«При переписи населения, проведенной в СССР в 1989 году, количество носителей данного языка составило 3612 человек, современные социолингвистические исследования оценивают эту цифру в 600 человек. Многие носители языка и его отдельных диалектов, по оценкам томских лингвистов, уже старше 70 лет, детей в данной этнической группе очень мало», — говорит Александра.
Первый удар по устойчивости селькупского языка нанес «серп» советской языковой политики. По словам филолога, в 30-х годах обучение коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока массово переводилось на русский язык.
«В середине 50-х некоторые из коренных языков, включая селькупский, были изъяты из школьной программы, а учебная литература на них перестала издаваться, — дополняет Назарова. — С одной стороны, дети активно переходили на русский, но с другой — сломалась преемственность поколений».
Сегодня селькупские дети приходят в школу, не владея своим этническим языком, и сталкиваются с ним впервые на уроках. В итоге это ограничивает и словарь языка, и его сферу применения.
Самобытная картина мира
Власти Ямала пытаются возродить селькупский язык, внедряя его в школьные программы. Для детей организуют курсы, где язык изучают через фольклор, игры, краеведческие темы. Встречаются и языковые интенсивы — семинары для активистов и тех, кто хочет глубже погрузиться в историю языка.
«Язык также будут возвращать в прессу, на телевидение и радио. С помощью современных технологий появятся корпусы селькупских текстов, раскладки клавиатуры, электронные словари и переводчики», — дополняет эксперт.
В своей подгруппе селькупский язык единственный не вымерший язык. Сейчас он служит неким окном в самобытный мир коренных народов.
«Он дает уникальную возможность изучить грамматику языков, традиции сказительства, диалектное разнообразие, а также культуру, мифологию и фольклор, — говорит филолог. — Для молодых представителей селькупов этнический язык — это связь с историческим прошлым своего народа».
История быта селькупов так же интересна, как и их язык. «Таежные люди» не жили на одном месте круглый год. Летом они кочевали за рыбой или ягодами, возводя временные постройки. Южные селькупы традиционно жили в землянках или полуземлянках с бревенчатым каркасом, крыша которых покрывалась дерном и засыпалась землей. Северные селькупы-оленеводы обустраивались в чуме, крытым оленьими шкурами. Основой их традиционного хозяйства послужила охота и рыболовство.
В быту и мировоззрении селькупов большое место занимали духи природы. Они почитали огонь, считали, что в нем живет хозяйка огня, и «кормили» его той же пищей, что ели сами. При этом кидать в пламя мусор или «нечистые» предметы было запрещено.
Были и необычные погребальные обычаи. Наряду с захоронением в земле практиковали «воздушное погребение», когда тела закрепляли среди деревьев. Селькупы верили, что так душа сливается с природой.
Соседский опыт
В 2021 года на территории России выявили пять исчезнувших языков: алеутский, керекский, айнский, сиреникский и югский и один «заснувший» — орочский. Его носители владеют языком не в полной мере, поэтому ему присвоили такой символический статус.
В других странах также сталкиваются с проблемой исчезающих языков. В качестве примера Александра Назарова приводит валлийский язык в Уэльсе (Одна из четырех административно-политических частей Великобритании и Северной Ирландии. — Прим. Ред.).
«Он находился под угрозой исчезновения, но на данный момент значительно укрепил свои позиции за счет образования, так является обязательным предметом в школах. Также его можно услышать в СМИ и радио (все информационные таблички дублируются на валлийском). Ситуацию улучшает и обилие оффлайн-кружков по изучению языка, — говорит филолог. — Для валлийцев борьба за родной язык была долгой, но сейчас количество говорящих на нем растет».
Забывать звучание одного из коренных языков начали и в Новой Зеландии. В начале XXI века свыше 130 000 человек национальности маори могли говорить на маорийском языке и понимать его, а сегодня им владеют около 16,6% представителей народа.
«Поэтому с 1982 года для детей маори создаются „языковые гнезда“ с полным погружением в родной язык, где старейшины сами передают малышам родную культуру и традиции», — рассказывает эксперт.
В 1987 году язык получил статус государственного и вернулся в жизнь современного общества. Сегодня маори сохраняется в цифровых архивах, обучающих приложениях и даже ИИ-проектах для синтеза разговорной речи.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
